Индийская живопись. Узнать историю

Джайнские рукописи, индуистские сюжеты и жизнь региональных дворов.

Зритель индийской миниатюры часто знал её героев заранее. Предмет в руке, жест или музыкальный инструмент подсказывал эпизод из знакомой поэмы или религиозного текста. Художник мог сосредоточиться на том, как рассказать его по-своему.

Разберём эти подсказки в джайнских рукописях и индуистских сюжетах. Затем перейдём к портретам правителей. Будем различать религиозные традиции и придворные школы, чтобы не сводить их к одному способу живописи.

Рукопись и религиозная история

Текст помогает определить персонажей и порядок событий. У разных религий были собственные герои и практики чтения.

Четырнадцать благоприятных снов Девананды

Мастер джаунпурской «Кальпасутры» · Ок. 1465

Над ложем Девананды расположены знаки снов, предвещающих рождение Махавиры, одного из главных учителей джайнизма. Вытянутый лист сохраняет форму книг, которые прежде писали на пальмовых листьях. Золото и синий цвет на основе лазурита свидетельствуют о связях индийской книжной культуры с Ираном.

Джайнский монах на речном берегу

Басаван · Ок. 1600

Монах несёт рукопись, посох, сосуд и метёлку. Портрет был создан для собрания Акбара, интересовавшегося джайнизмом. Представители разных религий участвовали в придворных обсуждениях, и император внимательно слушал джайнских наставников. Вещи в руках монаха объясняют его образ жизни и связь с учением.

Рама освобождает демонов-разведчиков

Приписывается Манаку · Ок. 1725

На одном листе показаны три последовательных события. Разведчиков захватывают, Рама отпускает их, затем они докладывают Раване. Работа относится к незавершённой серии об осаде Ланки. Музей приписывает её Манаку и видит в ней переход от плоскостного цвета Басоли к более натурному изображению в школах Гулер и Кангра.

Хираньякша покидает дворец демонов

Неизвестный индийский художник · Ок. 1740

Демон Хираньякша отправляется напасть на Землю, пока Вишну погружён в космический сон. Эпизод готовит последующее спасение Земли богом в облике вепря Варахи. Изображение принадлежит циклу к «Бхагавата-пуране». Для читателя рукописи отъезд героя был началом известной истории о нарушении и восстановлении миропорядка.

Боги, музыка и отношения

Сцены игры, музыки и встречи участвуют в религиозном и поэтическом рассказе.

Шива и Парвати играют в чаупар

Девидаса из Нурпура · Датирована 1694–95

Парвати протестует против хитрости Шивы, выигравшего у неё ожерелье в настольную игру. Лист входит в серию к «Расаманджари», сочинению о любовных отношениях и чувствах. Боги становятся участниками узнаваемой домашней ссоры. Яркие цветовые поля и выразительные жесты характерны для живописи Басоли.

Пастушки просят Кришну вернуть одежду

Мастер исардской «Бхагавата-пураны» · Ок. 1560–65

Кришна спрятал одежду купающихся пастушек, и они просят вернуть её. В религиозной поэзии их влечение к богу становится примером глубокой преданности. Лист принадлежит важной североиндийской рукописи середины XVI века. Её живопись сохраняет местные традиции на пороге распространения могольского придворного искусства.

Кришна с пастушками

Неизвестный художник школы Малва · Ок. 1630–40

Лист иллюстрирует «Гитаговинду», поэму о любви Кришны и Радхи. Пастушки окружают бога у реки. Яркие природные краски и узорные облака характерны для ранней живописи Малвы. В рукописи подобная сцена сопровождала стихи, поэтому жесты и расположение фигур воспринимались вместе со звучанием поэтического текста.

Женщина играет на танпуре

Неизвестный художник школы Кишангарха · Ок. 1735

Музыкантша соответствует образу героини придворной и религиозной поэзии. Танпура, драгоценности и тонкая одежда позволяют связать её с Радхой, возлюбленной Кришны. Культ этой пары был особенно важен для покровителей живописи в Кишангархе. Картина объединяет музыкальное занятие при дворе с языком религиозной любви.

Влюблённые смотрят на дождевые облака

Неизвестный индийский художник · Ок. 1790

Картина представляет месяц бхадон, приходящийся на конец муссонного сезона. Дожди затрудняли поездки и военные действия, поэтому мужчины чаще оставались дома. В месячных циклах это время связывали с любовными встречами. Дворцовая пара, музыкантши и тучи переводят календарное представление в конкретную сцену.

Защитница и правитель

Почитание божества и образ правителя могли поддерживать одну династическую историю.

Махадеви, Великая богиня

Неизвестный художник школы Биканера · Ок. 1725

В двадцати руках Махадеви держит оружие богов. Эти атрибуты связывают её с Дургой, могущественной защитницей. Для правящего дома Биканера такой образ имел особое значение, поскольку богиню почитали как покровительницу династии. Множество рук позволяет показать её силы одновременно в одной фигуре.

Махарана Санграм Сингх верхом на жеребце

Мастер точечного рисунка · Ок. 1712

Сияние вокруг головы правителя заявляет о его происхождении от солнечной династии. Художник, чьё имя неизвестно, получил условное название по своей технике. Он строил изображение мелкими точками и сдержанно добавлял цвет, оставляя видимой бумагу. Такой подход необычен для раджпутской живописи и имеет параллели у могольских и деканских мастеров.

Махарана Бхим Сингх в процессии

Приписывается Гхаси · Ок. 1820

Правитель Мевара едет с драгоценностями, кальяном, ловчими животными и знаками династии. Процессия утверждает богатство и власть. При этом в 1818 году Бхим Сингх был вынужден принять британское покровительство. Парадная картина показывает, какой образ правитель стремился сохранить в условиях ослабления самостоятельности государства.

Дом Биджапура

Камал Мухаммад и Чанд Мухаммад · Ок. 1680

Девять султанов династии Адил-шахов собраны вместе ради юного Сикандара. Картина написана незадолго до падения Биджапура в 1686 году. Передача ключа связывает власть местной династии с сефевидским Ираном. Более поздняя надпись ошибочно называет иранского правителя, поэтому её нельзя принимать как точное описание сцены.

Принц у отшельников

Приписывается Говардхану · Ок. 1630

Могольский принц посещает суфийского наставника. Позднее уже готовую картину вынули из прежнего оформления и включили в новый альбом Шах-Джахана. Выбор подчёркивал религиозную сторону придворной жизни. На полях появились другие аскеты, связывающие центральную сцену с оформлением альбомного листа.

Знакомый сюжет допускал разные решения

Знакомый сюжет допускал разные решения. Художники меняли масштаб, цвет и число эпизодов на листе в зависимости от школы и заказа.

Название региона помогает найти художественную среду, но не всегда имя мастера. Сохранившиеся надписи и история рукописи позволяют уточнить то, что само изображение оставляет неизвестным.