Мадам Рулен, качающая колыбель

Августина Рулен держит верёвку от колыбели, которая остаётся за краем картины. Ван Гог назвал этот образ «Колыбельной» и написал пять его вариантов. Он видел в семье Руленов близость и устойчивость, которых сам искал. Чикагская версия появилась в январе 1889 года, после больницы и тяжёлого разрыва совместной жизни с Гогеном в Арле.

Крупные руки спокойно сложены на коленях. Тёмные и цветные линии обозначают пальцы, не сглаживая их до академической отделки. Портрет сохраняет конкретное действие знакомой женщины. Одновременно Ван Гог придаёт ему более широкое значение материнского утешения, о котором писал в связи с этой серией.

Верёвка проходит между пальцами и уходит вниз. Невидимая колыбель объясняет её назначение и выводит действие за границу холста. Без этой детали поза могла бы казаться обычным отдыхом. Ребёнок отсутствует в поле зрения, но его присутствие определяет название и смысл всего изображения.

Рыжие волосы собраны вокруг головы в плотную округлую форму. Короткие штрихи следуют их направлению. Тёплый цвет головы заметен на зелёном фоне, а чёткая обводка удерживает форму среди подвижного узора. Ван Гог строит узнаваемость и выразительность через крупные отношения цвета.

Жёлто-зелёное лицо выделяется среди зелёной одежды и обоев. Художник стремился к тому, что называл колыбельной в красках. Утешение должно было исходить от всей цветовой системы, связывающей человека с окружающим узором. Портрет знакомой женщины становился самостоятельным образом заботы, который Ван Гог затем предложит дополнить подсолнухами.

Красно-коричневый стул принадлежал Гогену. После его отъезда знакомый предмет вошёл в новый портрет. Музей предлагает увидеть в занятом Августиной стуле ответ на отсутствие друга. Такая трактовка связывает домашнюю сцену с надеждой на восстановление близости. Через несколько месяцев Ван Гог передаст именно эту картину Гогену.

Цветы на обоях почти окружают голову. Их рисунок уплощает пространство и сближает фигуру с декоративной поверхностью. Зелёная одежда, красный пол и разноцветный фон образуют сильные сочетания. Утешение здесь должно было возникать через повтор, ритм и цвет, хотя для другого зрителя насыщенность может оказаться скорее возбуждающей.

В мае 1889 года Ван Гог передал эту версию Гогену. Он также предлагал размещать «Колыбельную» между двумя картинами с подсолнухами. Портрет мыслился частью ансамбля и жестом сохранения дружбы. Августина при этом остаётся реальным человеком, чью повседневную заботу художник превратил в собственный идеал. Полезно различать её видимое действие, авторскую надежду и наши реакции на цвет — все три уровня участвуют в картине.